+7 (495) 363-91-00

8 (800) 333-40-40

бесплатный звонок на территории России

 
Корзина пуста
Русский English
Поиск по сайту:
      
Главная \ СМИ о нас \ МОБИЛЬНЫЕ НОВОСТИ (15.05.2004)

«Хорьх» для Штирлица, или Троллейбус из детства

Текст: Екатерина Горелова
Фото: из архива Ильи Сорокина

Их называют чудаками или фетишистами, сами они выбрали более образные слова: хранители древностей. Мы обратились к ним потому, что увидели обыкновенных на первый взгляд людей с необыкновенным по накалу и глубине переживания увлечением, страстью в жизни, которая и делает эту жизнь интересной, динамичной, яркой.
Их одержимость странным образом смешана с мудростью, а восторг – с коммерческим расчетом. Вдохновение становится практикой и меняет очертания их персонального мира, который, опять-таки благодаря их усилиям, становится все больше и больше.

Братья Сорокины в жизни занимают ся разными вещами, но точка соприкосновения, даже не соприкосновения, а плотного контакта, неразрывной смычки, – автомобили. Илья увлечен старинными автомобилями: их поиском, сохранением, демонстрацией, организацией выставок и автопробегов, изданием журнала о старых автомобилях "Игрушки для больших". Дело Павла – разработка, производство и продажа инструмента и оборудования для автомобилей. По их признанию, они "не родились в машине", но вся их жизнь – "железки".

Тема, которая "подняла" разговор, – домкраты. В кабинете Ильи стеллаж на всю стену заставлен удивительными штуковинами. Разговор все время превращается в мини-экскурсии, увлекательные рассказы, лекции с иллюстрациями.

Илья Сорокин: Вот великолепный домкрат. XIX век. Каретный домкрат. Его даже не пришлось реставрировать. Деревянный корпус. Вы повращайте его. Видите, насколько мягко идет ручка? Нам известны истории многих домкратов, каким машинам они принадлежали…

Mobile News: Как такие раритетные вещи попадают к вам?

Павел Сорокин: Читатели журнала "Игрушки для больших", посетители выставок к Илье несут старое, у меня покупают новое. Иногда производим обмен.

MN: Вот это важно: какие люди приходят к вам? Их много? Они по-настоящему увлечены?

И.С.: Во всем мире олдтаймеры (как чаще всего называют старинные автомобили) – и серьезное увлечение, и бизнес. У нас еще в советские времена были клубы любителей ретроавтомобилей – в России, в Прибалтике. Например, в Риге в 1989 году был открыт великолепный музей. Всего за два года им удалось собрать около 100 интереснейших автомобилей со всей страны!

Объединялись люди, которые понимали эту технику, берегли ее, реставрировали. С развалом Союза распались связи, и многие клубы просто "загнулись". А было много машин, доставшихся как трофеи из Германии, очень интересные, очень редкие. Их со временем просто истребили: владельцы наваривали на них какие-то кузова, кабриолеты переделывали в седаны, меняли двигатели на "волговские" или "победовские". Сейчас вновь вернулась страсть к старым автомобилям.

MN: Появился материальный ресурс…

И.С.: И материальный ресурс, и понимание, потому что часто деньги губят машину. Человек покупает автомобиль и говорит реставратору: "Я хочу, чтобы на ЗИСе был двигатель от "гранд-чероки", литые диски, широкая резина…" Деньги не главное, главное все-таки – понимание, и сейчас это понимание приходит. Человек видит, как это происходит во всем мире, и понимает, что если он переделает машину, ни на одно ралли старинных автомобилей его не допустят.

Показательна многолетняя эпопея с главным европейским ралли олдтаймеров – итальянской Mille Miglia ("Милле Милья"). Первая гонка состоялась в 1927 году, и на старт вышли самые современные и стремительные тогда авто. Тридцать лет MM будоражила европейцев, как нас сегодня "Формула-1", а в 50-е была отменена из-за цепи роковых и трагических событий – когда десятками гибли и гонщики, и зрители.

В 70-е Mille Miglia возродилась, дав еще один шанс тем самым автомобилям, что насмерть рубились за первенство на бешеных, как казалось в 30-е, скоростях. Потянулись автовладельцы и их потомки, старые поклонники гонки и их внуки – на тех самых машинах. Были прецеденты, когда в Mille побеждали дважды – с интервалом в сорок лет, пройдя путь от лихого гонщика до ловкого гурмана автостарины. Сегодня соблюдение традиций и трепетное следованиебукве и духу оригинала – главные достопримечательности ММ, куда допускаются лишь модели до 1957 года рождения.

Вся верхушка Третьего рейха
ездила исключительно
на хорьхах, и Штирлиц
не мог разъезжать
на «мерседесe» –
только на
«хорьхе».

Иллюстрацией этой верности традициям становятся "картинки с выставки" – недавней выставки старинных автомобилей, устроенной в Москве силами Сорокиных и их единомышленников. "Шевроле" 50-х, ставшие символом "старой доброй Америки", представительские "мерседесы" – педантичные и высокомерные, "хорьх" – тот самый, который оказался единственным ляпом эпопеи про Штирлица (Илья: "Вся верхушка Третьего рейха ездила исключительно на хорьхах, и Штирлиц не мог разъезжать на мерседесе – только на хорьхе. Но такую машину для съемок фильма не могли раздобыть".). Музейной ценности экспонат 1902 года – автомобиль, больше похожий на карету, который с трудом вывезли из Австрии специально для сорокинской экспозиции. За сто лет его ни разу не касалась рука реставратора. Кожа сидений растрескалась, расползлась, настырно лезет конский волос. Но завести ретроавто и проехать на нем можно. Если что-то менять – обивку, спицы в колесах – это, по мнению знатоков, уже будет не то. В идеале почтенного австрияка надо просто поместить под стеклянный колпак. И время от времени, раз в десять лет, давать пару кругов почета вокруг этого колпака.

И.С.: Когда необходим свежий взгляд при производстве современного инструмента, мы обращаемся к старинным вещам. Человек развращен возможностями современной техники: компьютеры бесконечно увеличивают память, механизмы бесконечно увеличивают мощность. Люди могут позволить себе иметь много лишнего. Вот великолепный военный домкрат – ничего лишнего, все по-спартански лаконично, но он может увеличиваться по высоте в 3 раза. И так в каждом старинном домкрате заложена какая-то "изюминка" – вплоть до ручки.

П.С.: Многие идеи мы черпаем именно из старинных инструментов. Чем я пользуюсь очень часто – благодаря Илье и его библиотеке – это не только технические идеи, но и названия для того оборудования, которое создается впервые и имени для которого в России пока еще нет. Берем названия по аналогии с теми, что были раньше, еще в царской России.

И.С.: Что еще замечательно было раньше – инструкции. Вы заметили, что к современным приборам перестали прилагать подробные инструкции, электрические схемы. Что-то сломалось – либо выбросили, либо отнесли в сервис. Такой подход мне не близок абсолютно. Я люблю дерево, люблю металл, люблю то, что прослужит долго, что можно отремонтировать или починить. Раньше был иной подход – с расчетом, что один рачительный хозяин купит у другого рачительного хозяина, будет использовать всю жизнь и передаст своим детям, а может, и внукам.

MN: Можно говорить о преемственности? Эти инструменты можно использовать, подходя к современным автомобилям?

И.С.: И современные инструменты применимы к старым автомобилям, и старинные – к современным авто. Многие приносят старые домкраты и говорят: "Во! Я им до вчерашнего дня пользовался".

MN: Вас могут назвать фетишистами. Возможна ли привязанность к вещи на года?

И.С.: Я люблю эти мудрые слова: всегда благоговей перед следами прошлого. На латыни, жаль, не воспроизведу. Если бы люди чаще повторяли эту фразу, мы бы избежали многих ошибок в нашей истории.

И я, и мои единомышленники – мы мыслим иными категориями, и всегда даже сопротивляемся каким-то изменениям. Можно к старым книгам относиться, как к макулатуре, а можно в них погружаться и ощущать связь с людьми, которые эти книги уже держали в руках. Фетишизм – эротическое слово, надо другое подобрать.

П.С.: Если говорить узко – о технике, о подъемной технике, то, увы или слава богу, за последние сто лет ничего принципиально нового предложено не было. Мы придумываем то, что было придумано задолго до нас.

MN: Как эти слова: "Всегда благоговей перед следами прошлого" – реализуются в повседневной жизни? Неужели у вас дома интерьер в стиле ампир или барокко?

И.С.: Дом – это не интересно, все самое интересное происходит на работе. Вот стол в моем кабинете. Стол конца XIX века. Германия. И иной раз я думаю, насколько разные люди сидели за этим столом… Купил его почтенный бюргер в конце XIX века. Видимо, долго ходил, мучил мастера своими советами, наверняка вымерял размер, чтобы он вписывался в его, я думаю, огромный кабинет, подавлял своими размерами посетителей и т. д. Если кабинет размером со спортзал и в конце сидит человек в кресле с высокой спинкой за таким столом… Жизнь была устоявшаяся, серьезная, революционные брожения только начинались. Старые добрые времена. Потом началась первая мировая война, депрессия; наверное, этот человек не пережил эти времена. Кабинет и стол отошли к сыну. Наверное, сын симпатизировал нацистам, иначе столик не попал бы потом в Советский Союз, потому что в первую очередь реквизировали имущество из тех особняков, хозяева которых симпатизировали нацистам. Дальше этот человек либо прятался в лесах, либо сгинул в снегах на восточном фронте. Пришли наши солдаты-освободители, присмотрели самое хорошее и имели на это право: по законам того времени и по законам, наверное, всех войн. И этот стол переехал в Москву, и не куда-нибудь, а в высокий кабинет. Он стоял в Министерстве обороны. И советские генералы раскладывали на нем карты и рисовали красные стрелки наступления танковых колонн. В общем-то, мощь державы на этот стол опиралась. А потом из потайных ящичков – а их тут очень много, я даже знаю, где здесь пистолет можно было хранить, – из потайных ящичков можно было достать коньячок. Потом пришли другие времена, в армии прошли сокращения, и стол был просто выброшен из окна. Я купил практически дрова. Была реставрация. А теперь я понимаю, что этот стол еще меня переживет. И в наши стандартные окна этот стол не выбросить.

MN: После чеховского монолога "О, многоуважаемый шкаф!" этот рассказ занимает второе место. Павел, у вас есть настолько любимые вещи?

П.С.: Вы знаете, у меня офис. Производство, современная техника. Но есть "элементы". Илья любезно предоставил мне некоторое число домкратов, которые мы встроили в стену, в ниши. Дух музейности присутствует. Люди приходят в офис – всё, как у всех: товарные грамоты, дипломы, а вот домкраты они рассматривают. Не сто домкратов, как у Ильи, а шесть домкратиков, но они привлекают. Даже меня. Меня тоже влекут старинные вещи. Всегда, когда Илья уезжает на автомобильное шоу, я сажусь ему на хвост.

MN: Это влечение к старинным вещам – оно присуще каждому человеку, или надо обладать определенным складом ума, особенным мировоззрением?

И.С.: Представьте себе человека, который въезжает в старую квартиру: рабочие содрали старые обои, слой за слоем – 70-х годов, 50-х, 30-х, и человек стоит и не может оторваться от какой-нибудь старой газеты, он понимает, что этого он никогда нигде не встретит – такое свидание с прошлым, неожиданная встреча с историей. Связь времен. Какой-то катарсис. Сейчас он даст команду, и этот кусок стены заклеят. Навсегда. Ничего особенного. Но не оторваться.

Мы считаем, не все нужно обновлять. Мы относимся к особой категории людей. Я бы назвал их хранителями древностей.

Вот еще пример. Недавно пригласил знакомого музыканта на выставку. Этот человек вообще не интересуется машинами, ходит пешком. И на выставке он, потрясенный, сказал мне: знаешь, я встретил троллейбус из своего детства!

Эта тема трогает многих. В какой степени она интересна, 10 минут или всю жизнь, – другой вопрос.

П.С.: Мы однажды опоздали завезти машину через монтажные ворота. Время закрываться. Директор выставочного центра отказывал всем. Но когда он увидел автомобиль, который нам было необходимо завезти, тут же взял рацию и позвонил начальнику охраны: "Иван Иваныч, тут ребята опоздали, но ты скажи своим соколам, чтобы они их пропустили. Машина какая? ЗИС-с-с".

И судя по тому, что ему ответили, Иван Иваныч помнил эти машины. Нас пропустили.

И.С.: Это то, что объединяет поколения, помогает пониманию отцов и детей. Моему сыну 12 лет. И ему это тоже интересно.

И чаще всего именно я могу рассказать ему об этом.

Наш отец не увлекался старыми автомобилями, но я помню, как мы могли выйти на улицу, и он вдруг говорил: "Смотри, "студебеккер" поехал". И рассказывал, откуда "студебеккер", что за "студебеккер". И это запомнилось.

Когда видишь машину, в которой сидел в детстве – в шортиках, летом, горячее кожаное сиденье обжигало, рядом был дедушка, – сразу вспоминаешь то время, которое никогда и никак не вернуть. 21-я "Волга" – родители на такой на свадьбу ехали.

И пройдет еще лет 50, и 7-я модель "Жигулей", моя первая машина, станет антиквариатом, и мне ее предложат (надеюсь, я доживу до этих времен), и я сразу ее куплю, и постараюсь окрасить ее, как свою первую, и все устроить так, как было у меня. Иначе и быть не может, иначе у нас память была бы короткой.

Прошлым летом состоялся автопробег по российским дорогам на старинных "бентли". Это машина принцев крови, красавцев и красавиц вселенского масштаба, аристократов с алмазными копями "на черный день". Бесподобный "бентли": даже старой модификации, он может выдавать скорость 140 км/час. В автопробеге принял участие принц Кентский. Интерес народа и внимание прессы имели место быть, но без ажиотажа. Журналисты могли позволить себе ляпнуть про раритетнейший экземпляр: "Бентли – как трактор", а народ недоумевал: принц-то – не первой молодости.

И.С.: На Красной площади участников автопробега встречал старый "ягуар". Увидев его, принц заволновался, перешел на английскую скороговорку. Все тоже всполошились. Он объяснил: именно такую машину и такого же цвета ему подарили на совершеннолетие, это был первый его автомобиль. Сколько сидений автомобилей он мял! А вот, тоже не смог забыть первый.

MN: А наши принцы крови и прочие VIP'ы так же волнуются при виде старинных автомобилей?

И.С.: Ну, не все они и VIP'ы. Для многих это мода, знак престижа. А учитывая, что в Европе олдтаймеры каждый год дорожают примерно на 15%, это еще и хорошее вложение денег.

Впрочем, отношение к старому автомобилю у нас и во всем мире несколько разнится. Машина предназначена для того, чтобы ездить. Автопробег на музейных "бентли" – это автопробег, только наши соотечественники могли сокрушаться: как же так, на таких антикварных? А за границей они – гоняют, у них – штат автомехаников, которые поддерживают машины в действующем состоянии. Зато у нас до недавних пор встречались старинные автомобили, заваренные в гаражи.

MN: Приходит на ум сравнение: старые автомобили – как умирающие виды животных. Их с каждым годом должно становиться все меньше?

И.С.: Вы будете удивлены, но машин культовых марок с каждым годом становится все больше и больше. Не знаю, как это с точки зрения биологии, но берут один автомобиль и делают из него пять, у каждого из которых 1/5 – настоящая, остальное – новодел. Культовых автомобилей, "мерседесов" 300 SL, – так их теперь по миру в 3 раза больше, чем было произведено! И у каждого владельца документы в идеальном порядке. 300 – 400 000 евро. Дешевле даже подделки не продаются.

Но это не страшно. Страшнее – картошку возить на "роллс-ройсе", как это практиковали наши соотечественники.

MN: Значит, нельзя эту красотищу прятать от людей, она должна существовать рядом с ними, продолжать работать и жить своей обычной жизнью.

И.С.: Для того чтобы люди о чем-то знали, они должны быть готовы к восприятию этой информации. Функцию информатора и объединителя выполняют клубы. Самые разные, созданные по самым разным принципам. Клуб владельцев 21-й "Волги", клуб кабриолетов. Почти каждые выходные в сезон что-то устраивают: автопробеги, слеты, выставки.

Желание приобрести старый автомобиль появляется у многих. Но сразу появляются и вопросы: зачем, куда я буду ездить, как обслуживать? Даже с небольшим бюджетом можно подобрать интересную машину и ездить на ней. Зато обеспечено внимание на дороге, внимание девушек.

И огромное удовольствие.

П.С.: Напишите: "Говорили это хором!"

Илья Сорокин: блиц

– Сколько старинных машин лично у Вас?

– Ни одной. А с чего Вы взяли, что они у меня должны быть? Да, я организую ретровыставки и пробеги, да, я издаю журнал для коллекционеров олдтаймеров. Но, как говаривал старина Марк Твен, "вовсе необязательно быть курицей, чтобы судить о качестве яичницы" :-)

Когда мне нужен олдтаймер, чтобы "засветиться" на какой-нибудь тусовке или погоняться в ретроралли (меньше второго приза я, кстати, еще никогда не привозил), я прошу машину у кого-нибудь из друзей. Отказывать в нашем кругу не принято.

Меня также можно частенько увидеть рулящим на антикварном авто на какой-нибудь выставке. Но это не значит, что я на нем из дома приехал. Скорее всего, я завожу экспонат в павильон (это требует особой осторожности и подчас ювелирной точности, поэтому если владелец не может сделать этого по каким-то причинам, я не могу кому-то это передоверить и ставлю машину сам).

Подготовка материалов в журнал подразумевает частую езду на олдтаймерах (можно даже назвать такие поездки тест-драйвами), поэтому я действительно провожу за рулями автораритетов гораздо больше времени, чем в современных авто. Вот почему бытует мнение, что я крупный коллекционер.

– Где они хранятся? Как? Как охраняются?

– На загородных дачах на Рублевке, на подземных охраняемых стоянках. Как правило, в специальных герметичных мешках на молнии. Внутрь кладется абсорбирующий элемент, гарантирующий поддержание влажности на требуемом уровне в течение нескольких месяцев. Снаружи мешка – показометр: как только элемент себя исчерпал и влажность или температура достигли критических значений, звучит "аларм". После чего рачительный хозяин должен извлечь картридж и прожарить его в духовке перед повторным использованием.

Частенько машины стоят на специальных подставках, а их колеса вывешены в воздухе. Так берегутся амортизаторы.

– Тяжело ли было поставить им серийные номера? Как реагировали ГИБДДэшники? Требовали ли дополнительных документов для регистрации?

– Обычно когда ставишь машину на учет, сбегается весь личный состав МРЭО. Гаишники – они же тоже, в принципе, люди. Процесс проходит быстро и безболезненно. А потом всю дорогу честь на перекрестках отдают.

– Как преодолеваются государственные границы на таких автомобилях?

– Если речь идет о "покатушках", то какие могут быть проблемы?

– Олдтаймеры создавались, когда ни о 95-м, ни о 92-м бензине речи не шло. Какое топливо нужно для старинных авто? Где его добывают?

– Вопрос решается очень просто. Существуют специальные присадки, понижающие октановое число. Порошок засыпается в бак прямо на заправке.

– Старые шины изнашиваются, где берутся новые?

– Для повседневной езды допускается использование аналогов. Для участия в выставках, конкурсах элегантности, фестивалях, где аутентичность машин оценивает строгое жюри, их переобувают в "родную" резину, бережно хранимую до поры, до времени. Вообще-то, эта проблема касается в основном отечественных машин. На Западе и резина, и другие запчасти на многие классические модели до сих пор выпускаются с использованием "доисторических" материалов и с соблюдением "доисторических" технологий.

– Возникают ли дорожные конфликты? Острые ситуации на дорогах? При столкновении 600-го "мерседеса" или навороченного BMW и красавца 30 – 50-х годов как развивается сценарий конфликта?

– Обычно в потоке все сторонятся, предполагая запредельную стоимость авто, во-первых, и сложность в управлении, худшую обзорность и больший тормозной путь, во-вторых. И это правильно. Острые ситуации чаще всего возникают при сближениях на высоких скоростях, когда человек из "600-го" хочет что-то спросить, или излить свои восторги, или прицениться. Чаще всего, кстати, предлагают "махнуться не глядя" и сильно обижаются при отказе.

– Как страхуют олдаймеры? Сколько денег требуется на регулярные выплаты страховщикам?

– Смотря от чего страховать и как оценивать авто. Это отдельная тема. Если коснуться взаимоотношений страховщика и автоколлекционера вкратце, то можно сказать, что в западных олдтаймер-журналах до 70% от общего объема рекламы занимает реклама именно страховых компаний. У нас только начинается раздел этого вкусного пирога между страховщиками, и по всему видно, драка предстоит нешуточная.

– Есть ли разница в управлении старинным и современным автомобилем? Нужны какие-то суперводительские навыки?

– Я предпочитаю для дальних поездок или спортивных соревнований автомобили 50 – 60-х годов. Их эргономика не сильно отличается от эргономики тех же "Жигулей" – они ведь тоже из 60-х.
Довоенные авто подразумевают наличие у шофера не только суперводительских навыков, но и сил для отжатия механических тормозов безо всяких гидроусилителей и изрядной доли авантюризма, разумеется.
А без этого в нашем деле – никак!

< К списку публикаций  

в часы работы магазина

+7 (495) 363-91-00

пн-пт 9-20, сб-вс 10-18 МСК

8 (800) 333-40-40

бесплатный звонок на территории России

tool@sorokin.ru

Все права на сайт принадлежат СОРОКИН® © 1996–2016

Любое цитирование или копирование информации с сайта должно сопровождаться ссылкой на первоисточник.

Технические характеристики и внешний вид изделий, приведенные на данном сайте, могут быть изменены в связи с модернизацией.